ngc1365 (ngc1365) wrote,
ngc1365
ngc1365

Categories:

КАК Я СЛУЖИЛ НА ФЛОТЕ. Глава 20. ПОРА ДОМОЙ!

ПОРА ДОМОЙ!

…Ведь прощаемся мы не с людьми,
не с местами,
И не в том, между нами, расставания суть –
Всякий раз мы прощаемся с нашими днями,
Что уже не вернуть...
(Андрей Макаревич)


И вот наступил последний день. Оказался он невероятно длинным. Я куда-то бегал и что-то сдавал. Сдавать приходилось одежду, которая якобы не была изношена до конца и выброшена. Кое-что позаимствовал у карасей, за что-то заплатил деньги, впрочем, небольшие. Подписывал обходной лист (совсем как на гражданке при увольнении с работы!). Никогда не забуду визит к капитану 2 ранга Коробову. В этот день он был пьян, что случалось довольно часто. Итак, Коля П-ов, Вовка С-ин и я стоим и молча наблюдаем, как заместитель командира бригады по аварийно-спасательным работам пытается нацарапать свою фамилию на документе, открывающем для нас ворота в мирную жизнь. Причём расписываться ему нужно было в трёх местах на каждом листе. Развязка наступила, когда товарищ Коробов, подписывая мой листок, третью подпись влепил поверх второй, а не строчкой ниже. Я не выдержал. Тяжёлый взгляд советского офицера пронзил меня. «Смеёшься?», – угрюмо поинтересовался он. Пришлось стать серьёзным. Впрочем, ему, видно, сегодня было не до нас.

Незаметно подкатил вечер, а с ним и неизбежные проблемы. Дело в том, что ДМБ – это событие, к которому готовятся долго и упорно. Готовят многое, и форму в том числе. Чем большим количеством деталей она отличается от уставной, тем «круче» дэмэбэшник. ДМБ в уставной форме считалось чуть ли не позором. Я решил придерживаться разумной середины. Одежда моя была явно неуставной, но без вызывающих «примочек» типа «срока службы» на рукаве или ленточки до пояса. Бескозырка была заказана в городе, штаны перешил Шура М-оз, фланку – один из карасей. Каблуки на «хромачах» – так назывались парадные ботинки – сваял сапожник, каморка которого находилась неподалёку от нашего склада. Каблуки задумывались сантиметра четыре, не более. Для сравнения, Вовка К-ер уходил на десятисантиметровых. Штаны растянул на «торпедах» – трапециевидных кусках фанеры. Клеша получились тридцать сантиметров. Вовка С-ин решил с «торпедами» не мучиться и вшил клинья. С клиньями вышло тридцать четыре. Более эффектно, конечно, однако за это дело можно легко «загреметь» в комендатуру, где клинья могли выпороть. Представили, да? А моим врагом был в принципе один только дождь: от влаги клеша сходили на нет.
Отвлёкся, вернусь к проблемам. Хорошо было известно, что перед уходом из части дэмэбэшников осматривают на предмет неуставной формы, спиртного и прочего. «По уставу» уходить было нельзя, а появиться в клешах перед офицерским оком равнялось самоубийству. Потому придумана комбинация: на осмотр идём в одной форме, на ДМБ – совсем в другой. Благо, с хранением одежды и переодеванием проблем не было, склад всегда под рукой. А изготавливать дубликаты ключей и печати научился уже давно. Нужные шмотки лично я позаимствовал у карасей, погладил всё для приличия, начистил «хромачи». В «дипломат» засунул всё, кроме денег и бутылки рижского бальзама – всё-таки пойло.
Прощание было очень трогательным. Как всегда, личный состав АСП выстроился в длинном коридоре. Караси вначале, годки – ближе к выходу. Многочисленные пожелания, напутствия, объятия, рукопожатия – это запоминается на всю жизнь. На выходе, по традиции, постелена чистая белая простыня. Не в том смысле, что «скатертью дорога», а, наверное, пожелание чистого пути, без особых приключений.
В тот день из бригады увольнялось шесть человек. Кроме нас, трое ребят с ВМ. Они, наивные, решили, что, взяв с собой на осмотр ликёр и тот же бальзам смогут доказать, что в вагоне пить не будут, а везут домой сувениры. Этот номер не прошёл, и бутылки перекочевали в руки дежурного по части, в рубке которого производился осмотр, а также капитан-лейтенанта с нерусской фамилией, который и оказался нашим провожатым в гражданскую жизнь. Как будто без его участия мы могли заплутать.
Теперь о транспорте. Лиепая, как и все военно-морские базы, город закрытый, поэтому с поездами в остальной мир было не очень. Существовало всего два поезда в сутки, и оба до Риги – около двенадцати ночи и около шести утра. Был в городе, конечно, и аэропорт, но только местного значения, а в Москву самолёты не летали.
В двенадцатом часу ночи небольшая группа уволенных в запас моряков под бдительным надзором офицера направилась на железнодорожный вокзал. Мы надеялись, что, посадив моряков в вагон и отдав им документы, капитан-лейтенант отправится восвояси и у нас хватит времени из вагона выскочить, вернуться в часть и утром, переодевшись, спокойно уехать. Патруль, как известно, дежурил лишь до поздней ночи, а утром на вокзале его не было. Однако на деле вышло не совсем так. Документы нам выдали, но выскочить не удалось, ибо проклятый офицер всё время торчал у вагона. Поезд тронулся. Некоторое замешательство среди моряков, не ожидавших такого поворота, сменилось спокойной уверенностью: доедем до первой остановки, выйдем и дойдём назад пешком. Остановку пришлось ждать долго. Наверное, километров пятнадцать. Вышли.

Дипломат
Я запихнул в «дипломат» бутылку и деньги... (современное постановочное фото)

Сейчас мне уже не передать той атмосферы. Представьте себе: ночь, затухающий стук колёс и – тишина. Надо было идти, время – полпервого. Дороги поблизости не видно, придётся двигаться по рельсам. Зато так ближе. Двинулись. Настроение приподнятое, служба закончилась. Шутки, прибаутки. Это продолжалось около двух километров, пока топали по шпалам. Но потом начался гравий. Идти труднее, и моряки стали молчаливее. Кто-то попытался шагать рядом по траве, но невидимые в темноте рытвины быстро отбили желание это делать. Прошли, наверное, километров десять. Ноги стали понемногу деревенеть. И тут – удача! Железную дорогу пересекло шоссе. Плюнули на короткий путь – по асфальту удобнее. Вскоре повезло снова, – тормознули автобус. Шофёр оказался русским, поэтому проблем не возникло. До города домчались мигом. В часть шли через кладбище, по знакомой тропинке. Время – половина четвёртого ночи.
Когда до заветного Парка АСИ оставалось метров двести, повстречался офицер с ССПЛ. Вероятно, его заинтересовало, что это за живописная группа движется навстречу. «Всё, отслужили, – наперебой загалдели мы, – ДМБ!». В ответ последовало: «Я сейчас поднимусь к оперативному дежурному и выясню, что тут у вас за ДМБ!».
Медлить было нельзя. Добежали до склада, быстро переоделись (вот где пригодилась выучка!), я запихнул в «дипломат» бутылку и деньги, вышел последним, запер склад, а ключ бросил в разбитое окошко наверху. Мосты были окончательно сожжены.
Проблемы на этом не закончились, поскольку до поезда оставалось больше двух часов. Выручили ребята с ВМ. Временный приют нашли в кубрике плавкрана, где у этих ребят работали приятели. Время прошло в тишине и полудрёме. Кажется, удалось что-то перекусить, а что – уже не вспомню.
Рассвело. Нужно идти. На улице меня схватил озноб – всё-таки не лето, да и бессонная ночь позади. Пришли на вокзал, снова купили билеты. Наконец поезд тронулся, и это стало настоящим облегчением. До Риги примерно пять-шесть часов пути. Попытался уснуть, но на жёсткой скамейке не получилось. Наступил ещё один неимоверно длинный день.

Liepaja Вокзал
Пришли на вокзал, снова купили билеты... (современное фото, найдено в Интернете)

Я сейчас уже не вспомню точно, что мы делали полдня в Риге. Ходили по городу недалеко от вокзала, попытались купить билеты на самолёт в Москву – не было. Купили четыре бутылки какого-то пойла (вермут или портвейн), одну «раздавили» в переулке за ДМБ. Долго стояли за билетами в кассу – очередь огромная. Не успели проводить Колю П-ова. Как назло, в этот момент как раз покупали билеты, и на перрон мы выскочили, когда вагоны уже двигались мимо. Мелькнула фигура в белом свитере (Коля уходил в «гражданке»), мы замахали руками, и – всё.
С того дня прошло много лет. Лица друзей до сих пор всплывают в памяти, но многое уже стало забываться. Кажется, в купе вагона, мчащегося в Москву, нас оказалось четверо: Вовка С-ин, я и двое ребят с водолазного катера. За купе пришлось немного доплатить, но это уже мелочи. Событие обязывало шиковать. Решили поужинать в вагоне-ресторане. Ужин обошёлся нам в двадцать шесть рублей на четверых – точно помню. Из напитков в меню оказались лишь коньяк и шампанское. Водки не было. Взяли шипучку, после ужина «догнались» пойлом, купленным в Риге – оставалось две или три бутылки.
Наступила ночь. Я тщетно пытался заснуть. Так велико было нервное напряжение последних двух дней. Задремал только под утро.
Утром завтрак в вагоне-ресторане. Омлет, чай (или кофе?). Поезд тем временем всё ближе подъезжал к Москве. На перроне короткое прощание, и где-то через полчаса с небольшим я уже звонил в дверь квартиры, где меня не было ровно три года – день в день!

Вместо эпилога
К оглавлению
Tags: 1981, 1982, 1983, 1984, АСП, АСС, БАСС, ВМФ, ДКБФ, Крым, Латвия, Лиепая, Севастополь, воспоминания, мемуары, служба, флот
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author